Неточные совпадения
Бурмин нашел Марью Гавриловну у пруда, под ивою, с
книгою в руках и в белом платье,
настоящей героинею романа.
Особенно был густ этот запах в угрюмом кабинете, где два шкафа служили как бы окнами в мир толстых
книг, а
настоящие окна смотрели на тесный двор, среди которого спряталась в деревьях причудливая церковка.
В
книге Розанова есть изумительные, художественные страницы небывалой апологии самодовлеющей силы государственной власти, переходящей в
настоящее идолопоклонство.
Леонтий принадлежал к породе тех, погруженных в
книги и ничего, кроме их, не ведающих ученых, живущих прошлою или идеальною жизнию, жизнию цифр, гипотез, теорий и систем, и не замечающих
настоящей, кругом текущей жизни.
Старик нотариус прочел мне несколько тетрадей, акт о прочтении их, mainlevee, [снятие запрещения (фр.).] потом
настоящий акт — из всего составилась целая
книга in folio. [в лист (лат.).]
В статье, написанной в 1907 году и вошедшей в мою
книгу «Духовный кризис интеллигенции», я довольно точно предсказал, что, когда в России настанет час
настоящей революции, то победят большевики.
Эти
книги лучше выражают мое философское миросозерцание, чем прежние
книги, из которых я по-настоящему ценю лишь «Смысл творчества» и «Смысл истории».
В самом начале 18 года я написал
книгу «Философия неравенства», которую не люблю, считаю во многом несправедливой и которая не выражает по-настоящему моей мысли.
Когда я читал свой первый публичный доклад, который был главой моей
книги «Субъективизм и индивидуализм в общественной философии», то мне сделали
настоящую овацию.
По-настоящему предметом философии должно было бы быть не бытие вообще, а то, чему и кому бытие принадлежит, т. е. сущее [См. мою еще не напечатанную
книгу «Творчество и объективизация.
Нет, он был слишком счастлив, чтобы анализировать
настоящее, и принимал его как совершившийся факт, как первую страничку открывшейся перед ним
книги любви.
В прежнее время медведь не обижал людей и домашних животных и считался смирным, но с тех пор, как ссыльные стали селиться по верховьям рек и вырубать тут леса и преградили ему путь к рыбе, которая составляла его главную пищу, в сахалинских метрических
книгах и в «ведомости происшествий» стала появляться новая причина смерти — «задран медведем», и в
настоящее время медведь уже третируется, как грозное явление природы, с которым приходится бороться не на шутку.
Одна старушка, каторжная, бывшая некоторое время моею прислугой, восторгалась моими чемоданами,
книгами, одеялом, и потому только, что всё это не сахалинское, а из нашей стороны; когда ко мне приходили в гости священники, она не шла под благословение и смотрела на них с усмешкой, потому что на Сахалине не могут быть
настоящие священники.
— Я и подумал: к чему слова и лишние восклицания? К черту лицемерные речи на съездах. К черту аболиционизм, регламентацию (ему вдруг невольно пришли на ум недавние слова репортера) и все эти раздачи священных
книг п заведениях и магдалинские приюты! Вот я возьму и поступлю как
настоящий честный человек, вырву девушку из омута, внедрю ее в
настоящую твердую почву, успокою ее, ободрю, приласкаю.
Разумеется, будь другой на моем месте — он бы произвел
настоящую анкету и прежде всего навел бы справку в газетной экспедиции о числе экземпляров и подверг бы самую эту подписную
книгу более тщательному осмотру.
«A rebours» —
настоящее ученое исследование,
книга эта полна тончайшими замечаниями по истории литературы, по истории искусства и мистики.
Но это замечательная, единственная в своем роде
книга. Des Esseintes, герой «A rebours», его психология и странная жизнь есть единственный во всей новой литературе опыт изобразить мученика декадентства,
настоящего героя упадочности. Des Esseintes — пустынножитель декадентства, ушедший от мира, которого не может принять, с которым не хочет идти ни на какие компромиссы.
А последние его
книги «La Cathédrale», «L’Oblat», «Sainte Lydwine de Schiedam» — уже
настоящие католические
книги.
Потом мысль моя перешла к
книгам, и мне пришла в голову идея: что, если бы описать просто мальчика, вроде меня, жившего сначала в Житомире, потом переехавшего вот сюда, в Ровно; описать все, что он чувствовал, описать людей, которые его окружали, и даже вот эту минуту, когда он стоит на пустой улице и меряет свой теперешний духовный рост со своим прошлым и
настоящим.
Судя по его
настоящему внешнему виду, можно было сразу догадаться, что за ним не сидели давно. Довольно густой слой пыли на
книгах и неоконченной рукописи указывал, что к ним не прикасались, по крайней мере, несколько дней.
Беседа между поименованными тремя лицами, конечно, шла о масонстве и в
настоящее время исключительно по поводу
книги Сен-Мартена об истине и заблуждениях. Сусанна, уже нисколько не конфузясь, просила своих наставников растолковать ей некоторые места, которые почему-либо ее или поражали, или казались ей непонятными.
Там широкою волной катилась
настоящая жизнь, о которой Петр Елисеич знал только из газет и по
книгам.
В его
книге «Exégèse des lieux Communs» есть проблески
настоящей гениальности и буржуазность глубоко вскрывается как религиозно-метафизическая категория [«Exégèse des Lieux communs» Л. Блуа есть гениально смелое исследование общих мест той мудрости, которой живет буржуа.].
В
настоящем случае трудно даже сказать, какого рода ответ дал бы герой мой на вызов капитана, если бы сама судьба не помогла ему совершенно помимо его воли. Настенька, возвратившись с кладбища, провела почти насильно Калиновича в свою комнату. Он было тотчас взял первую попавшуюся ему на глаза
книгу и начал читать ее с большим вниманием. Несколько времени продолжалось молчание.
Много бодрости подарил мне Гринвуд, а вскоре после него мне попалась уже
настоящая «правильная»
книга — «Евгения Гранде».
— Это
настоящий король! — внушительно говорил он. Мне
книга показалась скучной.
[В статье, написанной в 1907 г. и вошедшей в мою
книгу «Духовный кризис интеллигенции», СПБ, 1910 г., я определенно предсказал, что если в России будет
настоящая большая революция, то в ней неизбежно победят большевики.
И невзначай, под влиянием хороших мыслей, вычитанных из
книги, он бросает взгляд на свое прошедшее и на
настоящее.
Матвей Муравьев читал эту
книгу и говорит, что негодяй Гризье, которого я немного знал, представил эту уважительную женщину не совсем в
настоящем виде; я ей не говорил ничего об этом, но с прошедшей почтой пишет Амалья Петровна Ледантю из Дрездена и спрашивает мать, читала ли Анненкова
книгу, о которой вы теперь от меня слышали, — она говорит, что ей хотелось бы, чтоб доказали, что г-н Гризье (которого вздор издал Alexandre Dumas) пишет пустяки.
— И взаправду теперь, — говорил он, — если мы от этой самой ничтожной блохи пойдем дальше, то и тут нам ничего этого не видно, потому что тут у нас ни
книг этаких
настоящих, ни глобусов, ни труб, ничего нет. Мрак невежества до того, что даже, я тебе скажу, здесь и смелости-то такой, как там, нет, чтоб очень рассуждать! А там я с литератами, знаешь, сел, полчаса посидел, ну и вижу, что религия, как она есть, так ее и нет, а блоха это положительный хвакт. Так по науке выходит…
— Вы вон школы заводите, что же? по-настоящему, как принято у глупых красных петухов, вас за это, пожалуй, надо хвалить, а как Термосесов практик, то он не станет этого делать. Термосесов говорит: бросьте школы, они вредны; народ, обучаясь грамоте, станет святые
книги читать. Вы думаете, грамотность к разрушающим элементам относится? Нет-с. Она идет к созидающим, а нам надо прежде все разрушить.
На Сиротке была выстроена новая изба на новом месте, где были поставлены новые работы. Артель точно ожила. Это была своя
настоящая работа — сами большие, сами маленькие. Пока содержание золота было невелико, но все-таки лучше, чем по чужим приискам шляться. Ганька вел приисковую
книгу и сразу накинул на себя важность. Матюшка уже два раза уходил на Фотьянку для тайных переговоров с Петром Васильичем, который, по обыкновению, что-то «выкомуривал» и финтил.
— Эту
книгу, — выражался он, — всякий русский человек в
настоящее время у себя на столе бессменно держать должен. Потому, кто может зараньше определить, на какой он остров попасть может? И сколько, теперича, есть в нашем отечестве городов, где ни хлеба испечь не умеют, ни супу сварить не из чего? А ежели кто эту
книгу основательно знает, тот сам все сие и испечет, и сварит, а по времени, быть может, даже и других к употреблению подлинной пищи приспособит!
Глядя в лицо его напряженным взглядом, она искала опоры для себя в словах его и слышала в них что-то общее с тем, о чем она читала в
книгах и что казалось ей
настоящей правдой.
— Ошибаешься! Ты ведь не читал
книг, — как же можешь судить? Именно они-то и есть
настоящее. Они учат жить.
Вершинин. Я кончил там же, где и вы, в академии я не был; читаю я много, но выбирать
книг не умею и читаю, быть может, совсем не то, что нужно, а между тем, чем больше живу, тем больше хочу знать. Мои волосы седеют, я почти старик уже, но знаю мало, ах, как мало! Но все же, мне кажется, самое главное и
настоящее я знаю, крепко знаю. И как бы мне хотелось доказать вам, что счастья нет, не должно быть и не будет для нас… Мы должны только работать и работать, а счастье — это удел наших далеких потомков.
По изумительной игре жизни
книга эта в числе небольшой библиотеки внука Петра Яковлевича Борисова в
настоящее время у меня, и я дозволяю себе сказать о ней несколько слов.
И как не завлечься было мне до забвения
настоящего, почти до отчуждения от действительности, когда передо мной в каждой
книге, прочитанной мною, воплощались законы той же судьбы, тот же дух приключений, который царил над жизнию человека, но истекая из какого-то главного закона жизни человеческой, который был условием спасения, охранения и счастия.
Посмотрите, как торжественно развертывается у него философия права; не фразу, не выражение намерены мы указать, а внутреннюю
настоящую мысль, душу
книги.
— Вас изумляет отсутствие
книг и бумаг? — поспешил он объяснить, заметив на моем лице недовольное движение, — но поймите же, наконец, что, начиная с сорок восьмого года, я периодически подвергаюсь точно таким посещениям, как в
настоящую минуту. Кажется, этого достаточно, чтобы получить некоторую опытность.
Прекрасная путешественница села не в дальнем расстоянии от него под наметом цветущей липы и занялась чтением «Светлейшей Аргениды» [Аргенида — героиня одноименного романа английского писателя Джона Барклая (1582–1621).], одного из превосходнейших романов
настоящего и прошедшего времен (по крайней мере, так сказано было в заглавии
книги), сочиненного знаменитым Барклаем.
Она уверяла меня, что театр, даже в
настоящем его виде, выше аудиторий, выше
книг, выше всего на свете.
Явились перукмахеры, стричь, чесать меня; предлагали модные парики с буклями, вержетами, прививными косами; цырюльники предлагали свое искусство брить, портные — шить платья; сапожники принесли сапоги; нанесли продажных продуктов: ваксы, мыл разных, духов всяких, шуб, плащей, часов,
книг, карандашей, нот и… вот смех!.. вставных зубов, уверяя меня, что эти зубы очень легко вставить, и никто не отличит от
настоящих; что здесь, в Санкт-Петербурге, редко у кого собственные зубы, а все ложные, подобно, как и волосы на голове…
Да, эти «столпы» знают тайну, како соделывать людей твердыми в бедствиях, а потому им и
книги в руки. Поймите, ведь это тоже своего рода культурные люди и притом не без нахальства говорящие о себе: «Мы сами оттуда, из Назарета, мы знаем!» И действительно, они знают, потому что у них нервы крепкие, взгляд острый и ум ясный, не расшатанный вольнодумными софизмами. Это дает им возможность отлично понимать, что по
настоящему времени самое подходящее дело — это перервать горло.
Еще раз прошу Вас, принимая
книгу, посылаемую при
настоящих строках, принять и мою глубокую благодарность за эту поддержку и уверение в моих почтительнейших к Вам чувствах, с каковыми имею честь быть Вашим покорнейшим слугою
Мне не раз приходилось в
настоящем рассказе упоминать Ваше почтенное имя, так как Вашими добрыми мнениями о Бенни я старался подкреплять свое собственное мнение о нем, и потому первому Вам посылаю эту
книгу с просьбою принять ее.
«Библиотека для чтения» пришла в ужас от столь печального факта и воскликнула с благородным негодованием: «В 1858 году, во время всеобщего движения вперед (в
настоящее время, когда… и пр.), является целая масса людей, занимающих почетное место в обществе, но которые не приготовлены к эманципации только потому, что неоткуда было познакомиться с такими понятиями, — как будто человечественные идеи почерпаются только из
книг, как будто практический смысл помещика не мог сказать ему, что он должен сделать для своего крестьянина и как сделать.
«В
настоящее время, полное радостных и благодатных надежд, когда отрадно восходит на нашем гражданском горизонте прекрасная заря светлого будущего, когда мудрые предначинания повсюду представляют новые залоги народного благоденствия, — каждый день, каждый час, каждое мгновение этого великого движения имеет глубоко знаменательный смысл в великой
книге великих судеб нашего великого отечества, нашей родной России.
Но если аналогия может к чему-нибудь повести, то нам представляется в
книге г. Афанасьева превосходный случай проследить один «эпизод из истории русской литературы», во многих отношениях аналогический
настоящему времени.
— А для чего мне здоровье? Ну, скажите, для чего? На моем месте другой тысячу раз умер бы… ей-богу! Посмотрите, что за народ кругом?
Настоящая каторга, а мне не разорваться же… Слышали! Едет к нам ревизор, чтобы ему семь раз пусто было! Ей-богу! А между тем, как приехал, и
книги ему подай, и прииск покажи! Что же, прикажете мне разорваться?! — с азартом кричал Бучинский, размахивая чубуком.